С В Великохатько, Г М Усачева - Инновационные преимущества и опасность корпоративной экономической власти - страница 1

Страницы:
1  2 

С.В. Великохатько,

Г.М. Усачева, канд. экон. наук, доцент, Донецкий национальный технический университет

ИННОВАЦИОННЫЕ ПРЕИМУЩЕСТВА И ОПАСНОСТЬ КОРПОРАТИВНОЙ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ВЛАСТИ

АННОТАЦИЯ В статье исследована корпоративная экономическая власть. Выявлены и проанализированы положительные и отрицатель­ные последствия влияния корпораций на все сферы жизнедеятельно­сти общества. Проведен анализ инновационных преимуществ. Иссле­дована специфика взаимодействия государственной и корпоративной власти. Выделены особенности и перспективы углубления корпора­тивного влияния в современной глобальной экономике.

КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: корпорация, корпоративная экономическая власть, политическая власть, ресурсы власти, неэкономические институты, инно­вации.

Корпорация это один из основных институтов в структуре современных экономик разных стран. Влияние корпораций как самых крупных хозяйственных единиц, независимо от внутри­фирменной структуры, вида деятельности и организации управ­ления, чрезвычайно велико. Власть корпораций сегодня распро­страняется в экономической, социальной, политической среде, а по масштабам может достигать мирового (глобального) уровня.

Актуальность темы связана с расширением властного про­странства корпораций и усилением их роли во всех сферах жиз­недеятельности общества. При этом корпоративная деятельность зачастую имеет противоречивый характер. С одной стороны, корпорации являются активными хозяйствующими субъектами, эффективно функционирующими в сложных экономических ус­ловиях (в том числе в период кризиса). Одним из главных пре­имуществ корпорации можно считать активную инновационную деятельность. А именно осуществление инноваций и научно-технических разработок сегодня является приоритетным векто­ром развития не только отдельных предприятий, а экономики в целом. С другой стороны, методы достижения корпоративных целей могут иметь отрицательный эффект для экономической среды и общества. Так, для достижения высоких экономических результатов корпорации прибегают к влиянию на решения госу­дарственных органов и государственную политику, обществен­ное мнение, а также на других субъектов экономики.

© С. В. Великохатько, Г. М. Усачева, 2010

69

Если раньше проблема власти была преимущественно объек­том изучения политических наук, то сегодня она весьма широко разрабатывается учеными-экономистами. Анализу экономиче­ской власти посвящены работы таких отечественных и зарубеж­ных ученых, как: В. В. Дементьев [1], С. Г. Верещагин [2], А. Мов-сесян [3], Ю. М. Осипов [4], Г. В. Задорожный [5], Дж. К. Гэлб-рейт [6], В. Даггер [7] и др. Разработкой вопросов институцио­нальных преимуществ и влияния корпораций на внеэкономиче­ские процессы активно занимаются: С. Перегудов [8], М. Дювер-же [9], Б. Фливберг [10] и т. д. Исследование инновационных преимуществ корпораций отражено в работах Й. Шумпетера [11], М. Вахаби [12] и др.

Однако у исследователей данной проблемы отсутствует един­ство взглядов и комплексность анализа. Поэтому особенного внимания заслуживает изучение положительных (в том числе инновационной составляющей) и отрицательных характеристик корпоративной власти. Дальнейших исследований требует проб­лема ограничения корпоративного влияния, поиск путей дости­жения сбалансированности государственной и корпоративной власти.

Исходя из этого, целью данной статьи является: комплексное исследование корпоративной экономической власти;

выявление преимуществ и опасностей деятельности корпо­раций;

— анализ инновационных преимуществ крупных бизнес-струк­тур;

— моделирование развития взаимоотношений между государ­ством и корпорациями.

Корпорация способна оказывать определенное влияние на все уровни и сферы общественной жизни. Однако положение корпо­рации на рынке или ее экономическая позиция остается опреде­ляющей и основополагающей. Именно экономическая власть яв­ляется доминирующей над другими видами власти. Как отмечает Ф. А. Хайек в своей книге «Дорога к рабству», «экономический контроль — это не просто контроль одной из областей человече­ской жизни, никак не связанной с остальными; это контроль над средствами достижения всех наших целей» [13].

В экономической среде власть корпорации проявляется в спо­собности влиять на цены на рынке, поставщиков и потребителей, развитие экономической системы в целом и общую экономиче­скую эффективность, что дает корпорации неоспоримые пре­имущества и возможность самостоятельно устанавливать «пра­вила игры».

Корпоративную экономическую власть можно определить как способность корпорации оказывать влияние на других субъектов экономики и экономику в целом с целью скорректировать их по­ведение согласно своих интересов. При этом корпорации могут не просто функционировать в определенной экономической сре­де, а целенаправленно создавать условия хозяйствования и предоп­ределять действия и поведение других экономических агентов.

Основными факторами возникновения экономической власти корпораций являются аккумуляция промышленного, финансово­го, торгового и интеллектуального капиталов, собственности, информации и человеческих ресурсов в их распоряжении. При этом распоряжение экономическими ресурсами порождает эко­номическую власть, а ее носитель корпорация становится субъектом этой власти. Причем масштабы деятельности самых крупных корпоративных объединений сравнимы с экономиче­скими результатами деятельности отдельных стран. Так ежегод­ная чистая прибыль каждой из крупнейших корпораций практи­чески равна годовому бюджету Украины [14].

Важно отметить, что отождествление власти корпораций с монополистической властью представляется некорректным, так как данные понятия имеют ряд принципиальных отличий:

— монополия (в чистом виде) является единственным произ­водителем на рынке, корпорация может действовать в конку­рентной среде, что подразумевает возможность деления эконо­мической власти;

— объектом власти в условиях монополии выступает потреби­тель, корпорации способны влиять также на другие фирмы (компа­нии), функционирующие на данном рынке, а также на поставщиков;

— монополия производит уникальный продукт, который не имеет близких заменителей; корпорации в основном действуют в высокотехнологичных и капиталоемких отраслях или охватыва­ют сразу несколько видов деятельности;

— корпорация, в отличие от монополии, не единственный собственник информации на рынке, хотя и владеет ею в большем объеме;

— преимущества большого производства и эффект масштаба, которые существуют как при монополии, так и при корпорации, однако имеют разную экономическую основу; в монополистиче­ской отрасли эффективны только большие предприятия, для кор­порации характерна концентрация ресурсов и капиталов;

рыночная власть корпораций проявляется также в иннова­ционной конкуренции, в слияниях и поглощениях.

В отдельных случаях корпорация может иметь возможность устанавливать цены и объем выпуска продукции подобно тому, как это делает фирма-монополист, и такие действия будут иметь аналогичные последствия для благосостояния потребителей.

Корпоративная экономическая власть, таким образом, форми­рует новый уровень экономической власти, отличный от класси­ческого понятия экономической власти. Монопольную власть при этом можно назвать одной из составляющих экономической власти корпорации.

Интересно, что, с одной стороны, экономическая и финансовая мощь служит фактором возникновения корпоративной власти, а, с другой, именно властные позиции корпорации и обеспечивают ей достижение желаемых результатов и наращивание прибылей.

Рыночная власть и активные доминирующие позиции в эко­номике позволяют корпорации оказывать влияние на других уча­стников рыночных отношений и, таким образом, предопределять дальнейшее направление развития всего экономического про­странства. Границы такого влияния определяют степень эконо­мической власти, которой обладает корпорация. Не вызывает сом­нений, что реализация собственных интересов зачастую приво­дит к ущемлению интересов других участников экономических отношений.

Средства достижения экономического влияния достаточно разнообразны. Корпорации, особенно крупные, имеют несомнен­ные экономические преимущества перед отдельными предпри­ятиями, в частности: за счет эффекта масштаба производства имеют более низкие затраты на единицу продукции или услуг; обладают большими возможностями диверсификации своей дея­тельности; охватывают более широкие сегменты рынка и полу­чают за счет этого ощутимые конкурентные преимущества; тесно связаны или включают в себя финансово-кредитные организа­ции; имеют поддержку государственных институтов.

При этом особенно крупные корпорации получают возмож­ность контролировать основные аспекты деятельности всех эко­номических агентов. Средствами достижения корпоративных ин­тересов в данном случае являются система иерархических иму­щественных отношений, контроль над ресурсами, специфические отношения собственности.

Конкретные методы, которые используют корпорации для достижения власти, зависят от институциональной среды и уста­новленных в ней «правил игры». В рамках рыночной экономи­ки спектр методов достаточно широк: от увеличения эффек­тивности и внедрения инноваций до монополизации рынков и недобросовестной конкуренции. При этом «игроки» далеко не всегда придерживаются «правил», нарушая их с целью расши­рения своего властного пространства, то есть ведут себя оп­портунистически.

Итак, что касается положительной составляющей в корпора­тивном экономическом доминировании, то с целью достижения высоких результатов корпорации уделяют большое внимание ка­честву своей продукции, продвижению и поддержке бренда, ис­пользованию новейших технологий. Успех крупных корпораций во многом определяется затратами на НИОКР (научно-иссле­довательские и опытно-конструкторские разработки), развитием маркетинговых стратегий, обучением и работой с персоналом, качественной внутренней организацией. Основой крупной кор­порации, утверждает Гэлбрейт, служит «соединение передовой техники с массовым применением капитала» [6].

Функционируя в конкурентной среде, где существует борьба за власть, корпорации вынуждены стремительно развиваться, активно действовать, выбирать альтернативные пути деятельно­сти, осуществлять инновации.

Другими словами, новаторская деятельность может рассмат­риваться как креативная деструкция (творческое разрушение), то, что Шумпетер относил к процессу капиталистического развития. Подобный вид деструкции является прямым результатом инно­вации, а именно деструкция старых продуктов, устаревших про­цессов промышленного производства и архаичных форм органи­зации посредством представления новых продуктов, способов производства и организационных методов.

Желание приобрести власть заставляет всех участников ры­ночной конкуренции предлагать новые продукты и услуги, ак­тивно рекламировать и продвигать свои товары на рынок. Как отмечает Й. Шумпетер, поведение предпринимателя-инноватора объясняется, прежде всего, не мотивами денежной выгоды, а же­ланием обрести власть и престиж, «создать свое собственное част­ное царство» (sein eigenes privates Reich schaffen) [11]. Следует отметить, что именно у корпораций есть все ресурсы для ведения инновационной деятельности, в т. ч. человеческие.

Деятельность инноватора это всегда «творческое разруше­ние», поскольку в борьбе за власть он, с одной стороны, создает новые продукты, услуги, процессы и организационные техноло­гии, а с другой вытесняет с рынка старые, т.е. уничтожает су­ществующие в экономике и обществе центры власти.

Интересно, что крупные транснациональные корпорации, по большому счету, осуществляют научный прогресс человечества. Так, ежедневно только одна фармацевтическая корпорация Pfizer тратит на исследования 100 миллионов долларов, а ежегодные расходы на эти цели Ford и IBM составляют 2—3 миллиарда дол­ларов, что превышает научно-исследовательские бюджеты мно­гих стран. В США практически весь объем расходов на НИОКР частного бизнеса приходится на 700 наиболее крупных компа­ний. При этом около 40 % этих средств приходится на долю все­го лишь 15 крупнейших ТНК [14].

Важно отметить, что зачастую именно ТНК являются теми субъектами, которые занимаются «перекачкой мозгов», а также инвестициями в образование. Именно корпорации в больших объемах финансируют научно-исследовательские центры при университетах. Корпоративные инвестиции в информационные технологии составляют сегодня от 10 % до 30 % всех капиталь­ных вложений компаний развитых стран [14].

Именно рыночная власть способствует концентрации ресур­сов в корпорации, что позволяет производить дополнительные инвестиции в производство, вести инновационную деятельность. Это не только несет положительные тенденции в развитии кор­порации, но и способствует экономическому росту.

Стремясь максимально полно удовлетворить потребности по­требителей, корпорации расширяют ассортимент товаров (услуг), повышают их качество, создают и укрепляют связи с клиентами. От предпринимательского таланта руководителя и трудового по­тенциала сотрудников сегодня во многом зависят позиции кор­порации в экономическом пространстве.

Еще одним преимуществом корпоративной формы хозяйство­вания является возможность диверсификации производства. Это способ расширить зону своего влияния для корпорации. Расши­рение сферы деятельности способствует переливу капиталов в наиболее прибыльные отрасли. Поэтому корпорации в целом оказываются более устойчивыми и конкурентоспособными по сравнению с узкоспециализированными предприятиями, так как они способны проникать в новые для себя сферы деятельности, расширять ассортимент выпускаемых товаров, что уменьшает риск потерь, связанных с колебаниями рыночной конъюнктуры.

Вполне объяснимым с точки зрения эффективности функцио­нирования корпораций является процесс слияний и поглощенийкорпораций между собой, корпораций и более мелких фирм, кор­пораций с другими институтами (в том числе финансовыми). Происходящие в мире процессы либерализация мировой торгов­ли побуждают корпорации изыскивать возможности укрепления своей рыночной власти и расширения рыночного пространства. Кроме того, фирмы, специализирующиеся на каком-либо опреде­ленном виде продукции и услуг, могут сталкиваться с проблемой перепроизводства, снижения сбыта и доходов. Слияние с други­ми компаниями позволяет диверсифицировать ряд предпринима­тельских рисков и повысить показатели сбыта.

Однако существует и противоположный эффект. Корпоратив­ная экономическая власть может быть опасной и разрушающей. Так называемая «деструктивная власть» корпорации может иметь несколько целей: захват ресурсов, контроль над экономикой, уста­новление гегемонии, что может привести к беспорядку, анархии и отсутствию безопасности.

Так, упомянутый процесс слияний и поглощений может спо­собствовать накоплению, концентрации и централизации различ­ных форм капитала (таких как индустриальный, финансовый или коммерческий капитал) и, как результат, ликвидации мелких соб­ственников. Этот процесс генерирует банкротство, т. е. разорение определенных фирм и создание новых [6]. Таким образом, слияния и поглощения могут уменьшить конкуренцию, что особенно нега­тивно сказывается на странах с переходной экономикой, где меха­низм антимонопольного регулирования недостаточно развит.

В этой связи одним из методов обезопасить себя от конкурен­ции и приобрести властные позиции является тесная связь с го­сударством. Власть организации в такой ситуации в значитель­ной степени базируется на нерыночных отношениях. Зачастую для реализации экономической власти корпорациям необходимо достичь определенного влияния на политическую власть. Сред­ствами достижения цели представителями крупных бизнес структур могут служить их переход в политическую сферу, фи­нансирование избирательных кампаний и деятельности полити­ческих партий, готовых действовать в их интересах. К их поли­тическому ресурсу можно отнести и социальный (наемные работники и потребители) и административный капитал, тесные международные экономические связи.

Кроме того, как отмечает С. Г. Верещагин, существуют и дру­гие методы получения прибыли: это получение государственных заказов, обеспечивающих огромные прибыли; заключение не­гласных договоров о высоких или, наоборот, низких ценах с цельюустранить конкурентов (картели), о квотах, предназначенных для продажи товаров; стремление реализовать продукцию низкого качества; попытки затормозить внедрение в производство пере­довых достижений науки и техники (иногда это бывает выгодно товаропроизводителям); производство продукции, сопровождаю­щееся нанесением ущерба окружающей среде и многое другое [2].

Спектр методов достижения экономической власти посредст­вом государственных органов довольно широк: от создания групп давления в парламентах до избрания на высокие политиче­ские посты представителей корпорации. При этом они воздейст­вуют на правительство, добиваются льгот и максимально благо­приятных условий для ведения собственного бизнеса, воздей­ствуют на законотворческий процесс в своих интересах.

Добровольно или под давлением корпораций, правительства могут предоставлять им значительные (иногда даже монополь­ные) привилегии и права. Такие действия влекут за собой анти­конкурентное влияние на отдельные отрасли и экономику в це­лом. Подобная ситуация особенно ярко прослеживается в про­цессе привлечения иностранных инвестиций в экономику стра­ны. Так, длительное доминирование на украинском автомобиль­ном рынке корейской корпорации DAEWOO, которая получила льготы и пролоббировала ряд законодательных актов по ограни­чению импорта иностранных автомобилей, на долгое время за­тормозило развитие этой отрасли в Украине.

В этом новом климате глобальной конкурентоспособности, когда деятельность корпораций определяет экономические пози­ции страны, правительства вынуждены идти на компромисс, а именно снижать налоги трудовые и экологические стандарты.

Как отмечает политолог М. Дюверже: «... политическая власть и экономическое принуждение тесно связаны. По об­щему правилу во все исторические эпохи класс, владеющий средствами производства и богатством, обладает и политиче­ским влиянием и удерживает власть. Без сомнения, экономиче­ская и политическая власть не обязательно концентрируются в одних и тех же руках» [9].

Как показывает экономическая реальность, сегодня наблюда­ется устойчивый дисбаланс в распределении государственной и корпоративной власти, растет неравенство в обществе, что при­водит к неустойчивости экономической системы. Государствен­ные структуры практически не в состоянии сдерживать неогра­ниченную экономическую власть в лице корпораций, олигархов

Крупные бизнес-структуры приобретают в современном мире доминирующую политическую роль. Власть корпорации на­столько велика, что это дает возможность оказывать влияние на решения, которые принимаются на всех правительственных уровнях. Распространение и укрепление корпоративной поддержки «мозговых центров», групп лоббистов, торговых ассоциаций и т. д., все это доказательства того, что политическая власть корпораций в современном мире растет. Большие корпорации в настоящее время работают в глобальном масштабе, тем самым создавая массовые глобальные торговые диспропорции, которые ставят под угрозу бу­дущую стабильность глобальной экономики.

Как отмечает А. Мовсесян, это приводит к началу своеобраз­ной «эпохи двоевластия». «Корпорации концентрируют власть в экономической сфере, оставляя правительствам преимуществен­но политическую и социальную власть» [3].

Итак, роль крупных корпораций в экономической среде очень велика, ведь именно корпоративная форма хозяйствования ока­зывается эффективной в построении конкурентоспособной стра­тегии развитии. В условиях системного кризиса ориентация на мелкий и средний бизнес не сможет дать желаемых результатов. Поэтому конкурентоспособным субъектом глобальной экономи­ки все чаще называют именно корпоративный сектор.

Известно, что основой экономики развитых стран являются крупные корпорации, в которых аккумулируются возможности промышленного, финансового, торгового, информационного и интеллектуального капиталов. Поэтому становится очевидным, что подобного рода структуры могут быть опорой для развития и отечественной экономики.

Теоретически взаимодействие корпораций с органами госу­дарственной власти и другими общественными институтами должно заключаться в согласовании интересов политической и хозяйственной (экономической) власти для достижения совмест­ных целей и обеспечения стабильного экономического и соци­ального развития. Подобное взаимодействие осуществляется для наиболее эффективной реализации специфических функций каж­дого субъекта.

В институциональной структуре общества корпоративные власть и превосходство делают власть неэкономических институ­тов зависимой. Большинство институтов становятся средствами для достижения корпоративных целей.

На фоне развития и укрупнения корпоративного сектора сни­жение роли государств в регулировании экономических отноше­ний приводит к снижению их возможности контролировать ры­ночную конъюнктуру, предопределять и предотвращать риски, защищать себя от финансовых и экономических кризисов. По­этому крайне важна выработка оптимального механизма взаимо­действия национальной экономики, правительства и корпорации, и, как уже отмечалось, сбалансированность государственной и корпоративной власти в экономической среде.

В этой связи можно представить две модели развития взаимо­отношений государственного и корпоративного секторов.

Первая модель строится на расширении экономических и ин­ституциональных позиций корпораций и пассивной роли госу­дарства. Таким образом, корпорации продолжают развиваться в благоприятной экономической среде, наращивать прибыли, соб­ственность и укреплять властные позиции. Как следствие, пред­ставляется возможным усугубление дисбаланса государственной и корпоративной власти на всех уровнях общественных отноше­ний, бесконтрольное хаотичное развитие корпораций, полное экономическое подчинение государственной экономики, усиле­ние диспропорций в распределении и дифференциации в общест­ве, перестройка старых институтов власти, возникновение угрозы экономической безопасности страны.

Вторая модель предполагает взаимодействие государства и корпораций на основе взаимовыгодного сотрудничества и обо­юдной поддержки. В данной модели исключительная политиче­ская роль отводится государственным институтам, которые при­званы обеспечить безопасность и благоприятные условия для развития бизнеса и экономики в целом.

Исследование преимуществ и деструктивной составляющей корпоративной власти обуславливает необходимость построения конструктивных отношений корпоративного сектора с государ­ством и другими общественными институтами, выработки меха­низма достижения взаимовыгодных результатов, четкого разгра­ничения властных позиций.

Грамотная антимонопольная политика и политика в сфере поддержки и развития конкурентной среды, среднего и малого бизнеса средства ограничения власти корпораций и достиже­ния сбалансированности государственной и корпоративной вла­сти, обеспечения дальнейшего развития системы, независимой от корпоративного влияния.

В заключении стоит отметить, что учет фактора власти в эко­номике помогает наиболее полно оценить и проанализировать не только функционирование таких крупных экономических аген­тов, как корпорации, но и все происходящие экономические про­цессы. Данный подход позволяет учесть не только объективные экономические факторы и законы, но также субъективные, порой иррациональные действия в поведении экономических субъектов и развитии экономических отношений. По мнению авторов, ана­лиз фактора власти должен стать одним из важных направлений экономической науки.

Литература

1. Дементьев В. В. Проблема контроля над распределением власти в трансформационной экономике // Научные труды Донецкого националь­ного технического университета. Серия: экономическая. Выпуск 70. — Донецк, ДонНТУ, 2004. — С. 5-13.

2. Верещагин С. Г. Влияние экономики на политические процессы в обществе // Проблемы современной экономики. — 2005. — № 3 (15) // http://www.m-economy.ru.

3. Мовсесян А. Роль фактора власти в экономике / А. Мовсесян, А. Либман // Экономист. — 2002. — № 1. — С. 58—64.

4. Осипов Ю.М. Теория хозяйства. Т.1. Общие основания. М., 1995. — С. 36.

5. Задорожный Г. В., Перхун В. Г. Особенности реализации эконо­мической власти в сфере кооперации // Научные труды Донецкого на­ционального технического университета. Серия: экономическая. Вы­пуск 31-1(117). — Донецк, ДонНТУ, 2007. — 270 с.

6. Гэлбрэйт Дж. К. Новое индустриальное общество. М.: Про­гресс, 1969. — 478 с.

7. Alternatives to economic orthodoxy / Ed. by Randy P. Albelda, Christopher E. Gunn, and William Waller. M. E. Sharpe, Inc. 80 Business Park Drive, Armonk, New York 10504, 1987. — 348 p.

8. Перегудов С. П. Крупная российская корпорация в системе власти // Полис. — 2001. — № 3. — С. 16—25.

9. Дюверже М. Политические институты и конституционное право / Анто­логия мировой политической мысли: В 5 т. — М., 1997. Т. 2. — С. 644—655.

10. Фливберг Б. Рациональность и власть: еще раз о кейс-стади. // Со­циологические исследования. — 2007. — №1. — С. 62—70.

11. Шумпетер Й. Теория экономического развития. М.: Прогресс, 1981. — С. 159 — 160.

12. Mehrdad Vahabi. The Political Economy of Destructive Power // post-autistic economics review, issue no. 29, 6 December 2004, article 2 // http://www.paecon.net/PAEReview/issue29/Vahabi29.htm

13. Хайек Ф. А. Дорога к рабству // Новый мир. — 1991. — № 7. — С. 218.

Страницы:
1  2 


Похожие статьи

С В Великохатько, Г М Усачева - Инновационные преимущества и опасность корпоративной экономической власти